Сергей Маркедонов – о сложных отношениях Армении с Россией, перспективах мира с Азербайджаном и иллюзиях евроатлантического курса РА
ЕРЕВАН, 27 февраля. Новости-Армения. Ведущий научный сотрудник Института международных исследований МГИМО Сергей Маркедонов в эксклюзивном интервью агентству «Новости-Армения» представил свое видение нынешнего этапа армяно-российских отношений, перспектив заключения мирного договора между Арменией и Азербайджаном в 2026 году и вероятности одновременного членства Армении в ЕС и ЕАЭС.
«Новости-Армения» - Как вы оцениваете нынешнее состояние армяно-российских отношений?
C.Маркедонов – Оцениваю его как сложное, и эта сложность имеет некоторую особенность, потому что в одной точке сошлись многие тренды.
Это связано с поколенческим переходом – несколько поколений не жили в рамках одного государства. В политику входит новое поколение. На тот момент (на момент развала СССР – ред.) премьер-министру Армении Николу Пашиняну было 16 лет. Он не ереванец, он из Иджевана и первый руководитель, который выучил русский язык. Все остальные по-русски говорили, если мы посмотрим на участников комитета «Карабах», которые боролись за самоопределение.
Меняется устоявшийся статус-кво, и, собственно, в российско-армянских отношениях та модель, которая была заложена еще Левоном Тер-Петросяном (первый президент Республики Армения – ред.) большим договором 1997 года. Он был обусловлен первыми годами постсоветского развития. Наверное, российско-армянские отношения были уникальны тем, что нам удалось как-то достаточно удачно выделить российское из советского, чего не удалось в Грузии и Азербайджане.
Статус-кво – эти привычные модели – они работали, но в 2020-м начали меняться: роль России в том виде, в котором ее знали при Тер-Петросяне, при Роберте Кочаряне (второй президент РА), при Серже Саркисяне (третий президент РА), даже при Пашиняне в первые годы, стала меняться. Здесь возникает ключевой момент – есть определенное разочарование в России: это плохо, и в этом виноват не только Пашинян. Оно есть и в обществе – это показывает нам социология, есть и в армянском политикуме.
Из этой ситуации может быть два выхода: либо мы поддаемся фобиям, и говорим о том, что пусть нас «скушают» до конца, и мы будем делать какие-то эмоциональные шаги; либо мы спокойно, на «холодную голову» садимся, смотрим, где наши издержки, обретения, может и альтернативы. Смотрим на это и вырабатываем соответствующие шаги.
К России могут быть тысячи претензий, но ни один другой игрок не предоставляет Армении каких-либо выгодных предложений.
«Новости-Армения» - Какова, на ваш взгляд, вероятность подписания мирного договора между Арменией и Азербайджаном в 2026 году?
C.Маркедонов - Вероятность подписания не нулевая. Мирный договор и мир как таковые - разные вещи. Это отождествлять нельзя. Потому что тот текст, который был в августе прошлого года вначале парафирован, а через три дня опубликован, в нем некоторых сущностных вещей нет вообще.
Например, сам текст договора – это некий вольный пересказ Хельсинкского декалога 1975 года и парижской Хартии о новой Европе. Это так называемое вольное сложение принципов.
Один из них говорит – «невмешательство во внутренние дела друг друга». Однако поправка в Конституции – это внутреннее дело Армении или нет? Если одна из сторон предлагает поменять Конституцию.
Например, тема Западного Азербайджана, которая вроде-бы как-то «сникла», но тем не менее время от времени возникает. Турция, которая говорит о нормализации (отношений с Арменией – ред.), но фактически подчиняет процесс нормализации армяно-азербайджанским отношениям. Это не про отношения Турции и Армении, которые имеют самостоятельную ценность. Это нечто, что прилагается в пакете. Мир, который видится из Баку, это, скорее всего, не компромисс, а диктат. Алиев мог бы одним махом просто убрать аргументации, освободить карабахских лидеров, обменять или найти какие-то формулы, что позволило бы и Пашиняну сохранить лицо, и Армении, как государству, в целом, да и оппозиция была бы «пристыжена». В этом жесте есть какая-то показательная «порка».
«Новости-Армения» - Возможно ли в будущем членство Армении в НАТО? Как вы оцениваете дальнейшие развития в связи с членством Армении в ОДКБ и ЕС?
C.Маркедонов – Армению не зовут в НАТО, и эта комплексная евроатлантическая система не будет Армению «покрывать», так или иначе. Речь заводят о том, что ОДКБ, российская система безопасности, - неудовлетворительная. А другая есть?
Мы же понимаем, что Армения не в состоянии сама обеспечить свою безопасность, а в евроатлантический клуб ее не берут.
Европейский Союз не взял Грузию, которая по стандартизации ЕС обошла и Украину, и Молдову, не говоря уже об Армении. Грузию фактически даже туда не приглашают, этот переговорный процесс о ее вступлении «заморожен». Откуда надежда, что Армению сразу примут в Евросоюз? Ведь отмена виз – это не вступление в Европейский Союз.
ЕАЭС не превращает Армению в периферию, а сотрудничество постсоветских стран с ЕС делает их периферией, источником либо бесплатной, либо дешевой рабочей силы и рынком для сбыта продукции, товаров и так далее.
Принимая во внимание, что Армения – небольшая и ее возможности маленькие, ее членство в ЕАЭС все-таки равноправно. Это не «выкачивание» ресурсов из Армении и не превращение ее в какую-то небольшую «лавку» для сбыта продукции. Это тоже надо видеть.
Задача не за какой-то «синей птицей» бегать, а усиливать то, что работает, а то, что не работает или не работает хорошо, усовершенствовать определенным образом.
«Новости-Армения» - Как вам видится вовлеченность России в проекте TRIPP?
C.Маркедонов – Россия, по крайней мере на официальном уровне, довольно либерально к этому относится. Звучали слова и о готовности принять участие.
Интересно, что как только состоялся саммит в августе прошлого года в Вашингтоне, было интервью Никола Пашиняна Fox News, где он сказал о том, что, в принципе, и Россия и Иран, могут присоединиться к этому проекту.
А Трамп в курсе насчет этого, его предупредили, что Иран и Россия могут туда войти? Думаю, что он в курсе не был, был такой экспромт. А если говорить серьезно, то ряд армянских спикеров уже заявили, что это не получится. Об этом говорили вице-спикер Рубен Рубинян, глава МИД Арарат Мирзоян после встречи с госсекретарем США Марко Рубио и подписания комплекса документов касательно TRIPP.
Думаю, что это вряд ли возможно. Россия пытается достаточно аккуратно сохранить определенное пространство для маневра.
Полагаю, что одни проектные работы по этому маршруту продлятся не только месяцы, но и годы, потому что нужно выехать на место, оценить ландшафт, изучить рельеф. Там все очень сложно. Это не то, что вы там широчайший автобан проложите. Сложный рельеф местности, туда нужно выезжать, давать определенные оценки по геодезии. Это не просто сделать. Не думаю, что это очень быстрый проект, что «ударили по рукам» и все, дорога заработала. Это утопия.
«Новости-Армения» - Каково ваше мнение о предложении США по поводу строительства малых модульных электростанций в Армении?
C.Маркедонов – Американское предложение модульного реактора не апробировано на территории США.
Здесь как раз возникает тот подход к Армении, касающийся периферии. Мы тут что-то апробируем, радуйтесь. Мне, как россиянину, который много раз бывал в Армении, хотелось бы, чтобы «восторги» по отношению к американцам, не напоминали бы историю «восторгов бусиками» со стороны автохтонных народов, которые встретились с Христофором Колумбом.
Существующий пиар очень широк, поддерживается на высшем уровне, но он совершенно не имеет фундамента. Это какие-то, как они называют, «wishful thinking», это пока не какой-то конкретный план как по TRIPP, так и по атому.
Американцы предполагают, что нужна какая-то база, как они говорят, «it’s time to take a base» в бейсболе. Им главное показать: мы можем дружить, но имейте в виду, чуть что мы можем приоткрыть «шлагбаум» или закрыть его. Вот это база должна быть за американцами, это не альтруизм, это не значит, что в американском государстве «проснулись» какие-то чувства любви к Армении, и они сейчас этим «зажгутся». Нет.
