Удар властью: чем в Армении закончится противостояние оппозиции и власти

ЕРЕВАН, 22 июня. Новости-Армения. Постреволюционные политические процессы в Армении продолжают активно развиваться и спустя 2 года после смены власти.

Неотъемлемой их частью в стране стали и судебные процессы. До начала июня в повестке дня были судебные процессы над вторым и третьим президентами страны. Однако первый летний месяц ознаменовался началом нового уголовного разбирательства, которое многие политики и правозащитники успели назвать «политическим делом». Речь идёт об уголовном преследовании против лидера крупнейшей оппозиционной фракции НС Армении Гагика Царукяна.

Немного хронологии

Лидер партии «Процветающая Армения» (ППА), глава одноименной парламентской фракции Гагик Царукян, выступая 5 июня на срочном заседании Политсовета ППА, заявил, что правительство не справляется с возложенными на него обязанностями по выполнению данных народу ранее обещаний. Царукян также раскритиковал действия властей по противостоянию эпидемии коронавируса и заявил о необходимости сменить состав правительства на 100%.

А уже через несколько дней - утром 14-го июня, сотрудники СНБ провели обыски в особняке Гагика Царукяна в общине Ариндж (Котайкская область), после чего он отправился на допрос в СНБ, который продолжался более девяти часов на фоне массовой акции протеста перед зданием Службы нацбезопасности.

Между тем события начали стремительно развиваться, и уже 16 июня парламент Армении удовлетворил ходатайства Генеральной прокуратуры о лишении Царукяна депутатской неприкосновенности и свободы. Ему инкриминируется организация и управление группой лиц с целью подкупа голосов в пользу партии «Процветающая Армения» и блока «Царукян» в ходе парламентских выборов 2017 года.

У представителей власти однако хронология несколько иная. Они настаивают, что Царукян уже был осведомлён о том, что против него готовятся уголовные дела и именно поэтому попытался предать процессу политический окрас.

Реальность же такова, что в прошлом, в постреволюционной Армении, когда теми или иными акторами принимались решения или делались заявления, которые не соответствовали политическому курсу правящей силы, то «удар властью» следовал незамедлительно.

Лишь несколько примеров: 2 октября 2018 года Парламент Армении на внеочередном заседании принял поправки в закон «О регламенте Национального Собрания», которые позволяли депутатам застраховаться от возможного роспуска парламента и не допустить внеочередных выборов.

Ответ последовал незамедлительно: Пашинян призвал граждан выйти на улицу и за несколько часов тысячи людей окружили здание армянского парламента. Итогом акции стал роспуск НС и проведение внеочередных выборов. Поправки же впоследствии были одобрены и подписаны президентом, но только после внеочередных выборов в декабре 2018 года, когда большинство мест в парламенте принадлежало партии власти.

Еще пример: 14 апреля 2020 года Католикос всех армян Гарегин Второй призвал освободить экс-президента Роберта Кочаряна из-под ареста в связи с коронавирусом. Уже 15 апреля СНБ распространила заявление, в котором отмечалось, что в рамках уголовного дела предъявлено обвинение предводителю одной из епархий Армянской Апостольской Церкви.

В случае с Царукяном события также развивались по уже знакомому сценарию: заявление/действие, не укладывающееся в общий курс правящей элиты – «удар властью» и уголовное дело. Но тут произошла осечка, когда 21 июня ереванский суд под председательством судьи Папояна принял решение отклонить ходатайство прокуратуры об аресте Гагика Царукяна.

Хотя очевидно, что в этом случае, также как и в случае со вторым президентом Робертом Кочаряном, который 18 июня был освобождён под залог, прокуратура обжалует решение суда и на этом судебные разбирательства не закончатся.

Примечательно, однако, что решение «по Царукяну» было принято на основании голосования депутатов правящей фракции, и многих поразило, что ходатайство о лишении его неприкосновенности и решение о лишении его свободы были приняты единогласно. Все 87 депутатов фракции «Мой шаг» проголосовали «за».

87 – 0. Так ли всё однозначно?

В армянском сегменте социальных сетей, в прессе после голосований за лишение депутатской неприкосновенности Царукяна и возбуждения против него уголовного дела многие стали задаваться вопросом: как же так получилось, что вся парламентская фракция единогласно проголосовала «за» и не нашлось тех, кто отказался следовать «линии партии»? Чтобы ответить на этот вопрос необходимо вернуться на несколько десятилетний назад.

Первая «бархатная революция» в Армении произошла в феврале 1998 года. Лидер «Объединения национальное самоопределение» Паруйр Айрикян назвал отставку Левона Тер-Петросяна и развал правящей фракции «Республика» именно «бархатной революцией» . В далёком 1998 году правящая фракция за одну ночь распалась и более 40 депутатов вошли в состав фракции «Еркрапа», а уже 3 февраля состоялась отставка первого президента Левона Тер-Петросяна.

В 1998 году мягкая смена власти удалась по той причине, что у тех депутатов, кто, почувствовав неминуемые перестановки в политическом поле, захотел «покинуть правящую фракцию», было место для отхода в виде фракции «Еркрапа». Судя по всему, депутатам правящей фракции были даны гарантии того, что они сохранят свои позиции и против них не будут осуществлены преследования.

В сегодняшних реалиях любое голосование против «линии партии» было чревато не только потерей мандата, но и возможными уголовными делами, о чём многократно писала армянская пресса. Иными словами – на момент голосования против Гагика Царукяна в армянском парламенте, в политическом поле в целом не было сформировано альтернативного «центра силы». В подобных условиях идти против власти означало совершить «самострел».

Что будет дальше?

Вопросы «Что делать?», «Что будет дальше?» - являются классическими для армянской политической реальности, и в данном случае вопросы эти имеют несколько вариантов ответа.

Власть может и далее продолжать концентрировать своё внимание и ресурсы на политической повестке - лишение неприкосновенности тех или иных депутатов, формирование иного состава Конституционного суда и т.д. При этом ситуация с коронавирусом продолжит оставаться напряжённой, а государство продолжит жить в условиях Чрезвычайного Положения, и экономика ежедневно будет нести большие потери, о чём заявляют многие экономисты.

Власть может пойти по пути общественной консолидации, и в сотрудничестве с иными политическими объединениями и лицами начать активно работать в целях предотвращения социальной и экономической катастрофы. Однако, анализируя события прошедших после революции лет, можно сделать вывод, что революционная власть, привыкшая жить в условиях высокой легитимности и полагающая, что ей не нужны иные соратники «кроме народа», не пойдёт по пути «дележа власти и ответственности» с оппозицией и продолжит жёсткое противостояние с политическими оппонентами.

В данном контексте на первый план выходит деятельность оппозиции, которая в сложившихся условиях, осознавая равную ответственность за ситуацию в государстве, должна предложить обществу здоровую альтернативу.

В годы, предшествующие революции, в армянском общественном и политическом дискурсе широко были распространены две формулировки: «Армении нужны всего одни честные выборы, и ситуация изменится к лучшему» и «Пусть кто угодно управляет, но только не Серж Саргсян и РПА».

События последних двух лет однако на практике доказали, что «одних честных выборов» или прихода во власть «любой команды вместо прежних» недостаточно для осуществления необходимых государству фундаментальных преобразований в экономике, политике, социальной сфере, образовании и т.д.

Возможный же приход во власть ещё одной группы лиц, не имеющих чёткой политической и экономической программы, может быть чреват ещё более пагубными последствиями, чем те, которые сегодня наблюдаются в стране.

Государству нужна компетентная власть, имеющая чёткую программу по выходу из кризиса, обусловленного эпидемией коронавируса. Власть, способная генерировать позитивную повестку дня, власть, которая предстанет перед обществом в виде сформированной команды, вобравшей в свои ряды профессионалов как «из прошлого», так и тех, кто и сегодня и вчера был вне властной элиты, но при этом обладают достаточной компетенций, необходимой для для кризис-менеджмента. Но как это осуществить в рамках реального политического процесса в Республике?

Если оппозиция ставит перед собой задачу осуществить необходимые фундаментальные изменения, урегулировать медицинские, гуманитарные и экономические последствия коронавируса, а в дальнейшем - сформировать Национальное собрание, в котором будут пропорционально представлены представители различных политических партий и объединений, то одним из возможных сценариев развития ситуации может быть следующий.

Политические партии, объединения и иные акторы путём консультаций и совещаний должны разработать единую программу по управлению ситуацией. В процессе этих консультаций должна быть сформирована альтернативная команда, которая сделает заявку на приход во власть. Народ должен знать, какие силы стоят за этим, какая у них повестка, с какой программой они приходят во власть и на какой срок.

Следующим важным элементом «политической мозаики» должно стать объединение оппозиции вокруг фигуры компромиссного премьера, который и будет управлять временным правительством национального единства. Управлять правительством в период от 1,5 до 2 лет после прихода во власть. Миссией данного правительства и премьера должно стать не только решение проблем вызванных эпидемией, но и реформирование избирательного кодекса, «Закона о партиях».
Миссией должно стать также проведение свободных, конкурентных выборов, по результатам которых уже в рамках здоровой конкуренции (а не постреволюционной эйфории) будет сделан выбор в пользу той команды (или той коалиции команд), которым и будет доверено управлять государством.

Заключение

В большинстве своём все революции похожи друг на друга. Приходит момент, когда «революционеры» задаются вопросом, который задавал себе герой романа Айн Рэнд «Мы живые»: «Мы задумали построить храм. Выйдет ли у нас, в конечном счете, хотя бы часовня?». Подобным же вопросом начинает задаваться сегодня в Армении и оппозиция, и на заявления Царукяна или иных оппозиционеров следует смотреть именно сквозь эту призму. Оппозиция чувствует также пульс общества, его меняющиеся настроения. Но для изменения ситуации этого мало.

В политическом поле Армении ежедневно множится число акторов, вступающих в противоборство с премьером, но до нынешнего момента количественное увеличение числа оппозиционеров и центров сопротивления не вылилось в изменение качественное. Сумеет ли оппозиция (или хотя бы её часть) прийти к консенсусу и выступить «единым фронтом» или же у власти будет шанс «решить вопросы каждого» по отдельности, покажет время. --0--

Бениамин Матевосян,
политолог исследовательского института «Политэкономия»

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции